8df409fa     

Некрасов Виктор - Маленькая Печальная Повесть



ВИКТОР ПЛАТОНОВИЧ НЕКРАСОВ
МАЛЕНЬКАЯ ПЕЧАЛЬНАЯ ПОВЕСТЬ
– 1 —
– Нет, ребята, Канада, конечно, не ахти что, но все же…
Ашот не закончил фразы, просто сделал знак рукой, означавший, что Канада как-никак капиталистическая страна, в которой, кроме сверхприбылей и безработных, есть круглосуточные продуктовые магазины, свободная любовь, демократические выборы, ну и, что ни говори, Клондайк – нельзя о нем забывать, – река Святого Лаврентия и трапперы авось еще сохранились.
Его поняли, но не согласились. Предпочтение отдавалось Европе и, конечно, Парижу.
– Ну что вы со своим Парижем! Подавай им Париж. Париж это завершение. А Канада – разминка. Проба сил.

Проверка на прочность. С такой Канады и надо начинать.
Было уже три часа ночи, вещи не собраны, а самолет в восемь утра, то есть в шесть надо уже быть в театре. И не очень пьяным.
– Отставить, Саша, сухой чай – ерунда, попробуй мою травку тибетскую или бурят-монгольскую, черт его знает, отбивает начисто.
Сашка пососал травку.
– А ну дыхни.
– Сказка. Чистый ландыш…
Заговорили о Тибете. Роман когда-то был с гастролями в тех краях, откуда ее, травку, и знаменитое мумие привез. У бывших лам достал.
Пить начали сразу после спектакля, он кончился рано, до одиннадцати. Ашот заранее запасся водкой, пивом, мать приготовила винегрет, где-то достали экспортные сардинки. Пили у Романа – с женой он разошелся, жил холостяком.
Ашот был пьянее остальных, потому и болтливее. Впрочем, пьяным никто не был, просто в приподнятом настроении – Сашку впервые включили в заграничную поездку.
– Хватит о Тибете, Бог с ней, с крышей мира, – Ашот перебил склонного к экзотическим подробностям Романа и разлил остатки водки. – Посошок! Потом опять пососешь. Так вот, главное, не заводись.

Не увлекайся вином и женщинами. Не потому, что шпионки…
– Ох, Аркадий, не говори красиво. Сами все знаем, – Сашка поднял свой стакан. – Пошли. За дружбу!

Народов и развивающихся стран!
– Бхай-бхай!
Выпили. Доели винегрет. Сашка опять принялся разминать свои икры. Было жарко, и все сидели в трусах.
– Да что ты все их массируешь, – не утерпел Ашот и тут же кольнул: – Длиннее не станут.
– У Нижинского тоже были короткие ноги, – парировал за Сашку Роман, он знал все обо всех. – Кстати, знаете, как он объяснял, почему у него такой феноменальный прыжок? Очень просто, говорит, подпрыгиваю и на минуту задерживаюсь в воздухе, вот и все…
– Ладно, – перебил Сашка, – надо двигать. Натягиваем портки.
Стали одеваться.
– Вам сколько валюты дали? – спросил Роман.
– Нисколько. На месте, сказали, дадут. Гроши, о чем говорить.
– Забери сардины, пригодятся.
– И заберу, – Сашка сунул две плоскенькие нераскупоренные коробочки в карман. – Сволочье! – Это относилось уже к власти.
Его поддержали, каждый добавил свой эпитет в адрес любимой.
– А Анриетт я все же позвоню, хочешь ты или не хочешь, – сказал Ашот. – Лишние башли никогда не помешают. На каком аэродроме у вас посадка?
– На Орли, сказали…
– Вот и разыщет тебя на Орли.
– Первый козырь для Кривулина.
– А ты держись независимо. Это главное, они моментально теряются. Думают, что за спиной кто-то есть.
Анриетт стажировала в Ленинградском университете. Сейчас была в отпуску. Ашот собирался на ней жениться.

Как ни странно, просто по любви, без всякой задней мысли.
– Тебя поймешь, – ворчал Сашка. – То не зарывайся, то иностранку советскому гражданину подсовываешь.
– Все равно позвоню.
– Ну и мудило.
На этом дискуссия закончилась. Вышли на улицу, было уже совсем светло. Начинались бе



Назад