8df409fa     

Негго Арнольд - Остров Великанов



Арнольд Негго
ОСТРОВ ВЕЛИКАНОВ
Часть первая. СЫН МОРЯ
Глава 1. ЧЕЛОВЕК В СИНЕЙ ЗЮЙДВЕСТКЕ
В Тормикюла появился человек в синей зюйдвестке. Не знали люди,
кто он, откуда, зачем пришел. У старого Пилля ночью пропала моторная
лодка. Цепь выдернули прямо с колом. Страшной силой должен обладать
человек, выворотивший кол из спаянной морозом земли. Разбитую в щепки
лодку нашли на берегу залива в километре от усадьбы Пилля. Смятый,
исковерканный мотор был неизвестно для чего закинут на вершину
торчавшей у моря скалы.
У вялиского[1] Мадиса заболела корова. Марет, жена Мадиса, перед
тем ясно видела, как человек в синей зюйдвестке, кособочась и
по-дурному раскачиваясь из стороны в сторону, шатался возле хутора.
Заметив рыбачку, он быстро скрылся в лесу. А у коровника на снегу
петляли отпечатки чужих сапог.
Сам Мадис, встав поутру, чтобы поговорить с зятем Энделем по
кузнечному делу, встретил этого человека на пустынном берегу у
Гудящего камня. Неизвестный стоял на коленях в снегу и молился. На нем
все та же режущая глаз зюйдвестка и короткий, вывернутый мехом наружу
полушубок, похожий на шкуру оплешивевшего медведя. И в самой фигуре -
что-то медвежье...
"Экое диво! - сказал себе Мадис, с любопытством вглядываясь в
неистово молившегося человека. - Волосом зарос - глаз не различить, и
морда синевой расцветилась. Как утопленник, дьявол ему в братья!"
Подошел ближе. Неизвестный нахохлился, занервничал, но остался на
месте, только торопливее затряс огненной метелкой бороды, творя
непонятную молитву.
На вопрос, кто таков, с непостижимой проворностью вскочил, что-то
забормотал и вдруг стал приплясывать да выкидывать разные фокусы.
Рыбак, долго не размышляя, схватил плясуна за отворот шубы -
попробовал угомонить - и тут случилось непонятное: силы у великана
Мадиса хоть отбавляй, на четверых дюжих мужиков хватит, однако и у
незнакомца рука оказалась железной, будто молотом хватил. Мадис и
удивиться не успел, как тот метнулся угрем, оставив у него в руке
изрядный клок шубы.
Человека в синей зюйдвестке встречали и другие рыбаки. Обычно в
часы, когда над черневшим холодным морем начинал дымиться бледный
рассвет. Сгорбившись, размахивая длинными, до колен, руками, он, как
раненая птица, прыгал и пританцовывал на берегу, сторонясь людей и
недоверчивых хуторских собак. Тревожный слушок побежал по извилистым
тропкам Тормикюла.
Говорили, что безумец пришел из лесу. Мало ли преступников
пряталось после войны в тормикюласких лесах. Только лютый мороз и
голод могли выгнать их, одичавших, вконец измученных, к человеческому
жилью, к теплу, к людям.
Старухи окрестили пришельца "шведом" и болтали по этому поводу
всякий вздор. Вспоминали случай. Минувшей осенью пограничные
сторожевые суда задержали у мыса Белые скалы необычайный по виду
быстроходный глиссер, специально приспособленный для плавания у
мелководных берегов острова. Охотились за ним давно. Знали, что кто-то
черными штормовыми ночами пересекает морскую границу. Был ли то швед,
был ли местный житель, островитянин, установить не удалось - при
приближении пограничников, нарушитель выбросился в море. Глиссер
оказался шведского происхождения.
Велико же было удивление славных мужей Тормикюла, когда узнали
они, что безумец в синей зюйдвестке целыми днями пропадает в соседней
кивираннаской церкви и что пастор Виллем за усердное служение богу
благоволит к нему.
Новую поразительную весть принесла вездесущая вялиская Марет,
женщина добрая, простоватая, отличавшая



Назад